November 16th, 2015

Эмиль Сокольский

Станция Лихая в оккупацию

Из рассказов Валентины Мельниковой, жительницы Сочи; её детство прошло в Ростовской области.
– Мама моя жила на станции Лихой. Станция узловая, бомбили её и днём и ночью. Настоящий ад. И люди научились угадывать предстоящий налёт по поведению собак. Если стаи собак со всех ног мчались в степь со станции, значит на подлёте фашисты. Это происходило, когда самолётов и слышно не было, минут за двадцать до налёта. И ещё мама рассказывала, как наши солдаты отступали по кукурузе, по одному, грязные, израненные. И через два года какая мощь двинулась на врага после Сталинградской битвы!
Мама рассказывала, что кукуруза, мамалыга спасали во время войны. А румынов, которые также стояли в Лихой, называли мамалыжниками, Мама много рассказывала и о немцах, и о румынах. И как они прятались в детском доме от бомбёжек. Пришли немцы, устроились на первом этаже, а мальчишки прокрались и перевернули огромную бутыль с чернилами. Представляете фиолетовых немцев?.. Кстати, у бабушки моей по маме фамилия Мелехова, она со станицы Мигулинской, мать у нее была турчанкой, а пятеро братьев-казаков в гражданскую ушли за кордон.
На станции немцы вырыли канавы вдоль дорог, приделали поручни и справляли нужду на виду у людей, нисколько не стесняясь. Ещё заходили в дом, требовали затопить печь, ставили на огонь сковороду, затем раздевались догола, снимали вшей с одежды и бросали их на сковороду. Вши щёлкали, солдаты смеялись. Кстати, еду выгребали подчистую. Даже горшки с горячим борщом уносили. А ещё устраивали облавы на молодёжь, чтобы угнать в Германию. У маминой подружки отец был полицаем, он предупреждал об облавах. Когда немцев выбили, он остался. Оказалось, был подпольщиком и руководил небольшой группой, устраивавшей диверсии на железной дороге. Насыпали в буксы песок...