ДОН

блог краеведов Донской государственной публичной библиотеки (Ростов-на-Дону)

Previous Entry Share Next Entry
Олег Сирицын, поэт из Ростова
Эмиль Сокольский
donvrem
Возвращаемся к Олегу Сирицыну, упомянутому поэтом Леонидом Сорокой. Поиски информации о Сирицыне пока ни к чему не привели. В каталоге Донской государственной публичной библиотеки обнаружили книгу Олега Алексеевича Сирицына «Пять, четыре, три…», изданную в Москве в 1972 году в издательстве «Знание»; но она касается… космической медицины. Точно-точно, Сирицын занимался космической медициной, об этом Сорока упомянул. Но вот и всё.
Есть ещё и отрывок из воспоминаний Михаила Лезинского о встрече Ярослава Смелякова с пишущей молодежью в Севастополе, в 1962 году (да, Сирицын из Ростова переехал в Севастополь, и потом – в Москву).
«…выступил Олег Сирицын, – его стихи, отмеченные Ярославом Смеляковым и удостоенные премии, только что были опубликованы в сборнике «Алые Паруса», – и по этому случаю Олег Сирицын чувствовал себя, как говорится, на коне. На будённовской кобыле!
Олег… прочитал не лучшие свои стихи.
«Белые, – как сказал Сирицын, – в которых вы ни черта не соображаете!»
Сказал после того, как его стихи изрядно пощипали, назвав серыми, а не белыми. И не только члены двух литературных объединений, но и Ярослав Смеляков вкупе с Сергеем Смирновым.
На Смелякова Олежек Сирицин особенно обиделся:
– Ярослав Васильевич, – в голосе слезливая нотка, – вы же только что в Москве лично вручали мне литературную премию!..
– Ре-бя-та, – развёл руками Ярослав Васильевич, – при чём тут рваные калоши, со всеми так случается. Сегодня я пишу хорошие стихи и меня все хвалят, завтра – плохие и меня все ругают, ничего страшного не произошло, ребята!..
Лукавил Ярослав Смеляков, ему чаще всего перепадало за хорошие стихи. И свою десятку Ярослав Смеляков отсидел именно за хорошие стихи!..»
Ну а теперь – стихи Сирицына, которые удалось нам обнаружить. Как видно, их «походка», ритм идут от Маяковского, «развитого» шестидесятниками, особенно Робертом Рождественским. Напечатаны они в альманахе «День поэзии, 1963» (Москва, издательство «Советский писатель», 1963)

Я болтаюсь по лету, независимо бос,
мне девять, только девять…
На ростовском базаре,
строгий как бог,
старик на протезах
надежды делит.
Зовёт солдаток, страшит солдаток
фанерный ящик – щедрость судьбы,
а мне никаких от судьбы задатков,
но всё равно – мой отец убит.
В городе голод, а рыбы – горы,
и плавится рыба
от сумасшедшего солнца.
В городе голод, в городе горе –
нет соли.
Люди сдержанны, как рыданье,
но чёртово чудо голодной поры –
за рядами, пустыми мясными рядами
соль продаётся из-под полы.
И соли у бабы-то полмешка,
но очередь молча стоит и надеется…
Сгорает июль, зудит мошка
над серьёзностью взрослых
и над моим детством.
До вечера я хозяин сам,
и я решаю:
на последнюю сотню,
к приходу мамы, к шести часам,
добыть соли.
Тогда она сварит из рыбы суп,
мы посолим выданный пресный хлеб…
Я многое выношу на суд,
на суд незабытых военных лет.
За сотню я соли не смог купить,
но баба не дура – продала мешок,
и мы его резали на лоскутки
и клали в кастрюльку один лоскуток.
С тех пор я крупно солю еду…


?

Log in

No account? Create an account