Category: история

Category was added automatically. Read all entries about "история".

Эмиль Сокольский

Район, не попавший в оккупацию

В центре станицы Еланской, по соседству с церковью, стоит памятник павшим. И здесь не только перечислены имена. К установлению памятника подошли серьёзно. Вот что написано на стеле:
«Во время Великой Отечественной войны на оборонительном рубеже Вёшенская – Еланская бойцы 197-й стрелковой дивизии под командованием М. И. Запорожченко остановили немецко-фашистских захватчиков, а в августе 1942 г. на правобережье наши войска заняли плацдарм, получивший название «Еланский». Вёшенский район остался единственным в Ростовской области не оккупированным врагом.
18 ноября 1942 г. в ходе операции «Уран» с Еланского плацдарма по противнику был нанесён сокрушительный удар и началось успешное окружение фашистов под Сталинградом. В декабре 1842 г. в рамках операции «Малый Сатурн» с плацдарма советские войска перешли в наступление по направлениям на ст. Тацинскую и г. Миллерово».



Collapse )
Эмиль Сокольский

Две встречи с Мечётинской

#Донсовсехсторон
Пять лет назад, весной я решил махнуть в станицу Мечётинскую, где не бывал ни разу, – это не Дон, это уже Сальские степи, в далёком прошлом – места калмыцкий кочевий. По степной дороге, где сейчас проходит трасса на Элисту, следовали на Кавказ Пушкин и Лермонтов; Пушкин в 1820 году останавливался на отдых на Мечётинской почтовой станции…
Архитектурно станица ничем не поразила; примечательны только грузноватое дореволюционное здание в «кирпичном» стиле, что у речки Мёчётки, длинный одноэтажный корпус, оформленный в классических традициях, и два скромных деревянных дома с узорными карнизами (один из них, близ новопостроенной церкви во имя Георгия Победоносца, выгорел изнутри и его можно считать погибшим).
Главные впечатления – от атмосферы станицы. Вышел я в центре, у сквера – космическая тишина и почти безлюдье (что всегда почему-то удивляет: чувствуешь себя странным пришельцем с другого света), в улицах-переулках, куда ни глянь – ярко цветущие яблони, похожие на гигантские светильники, которых утром забыли выключить; торопливо расцветал один-единственный куст сирени; по траве рассыпались простодушно-весёлые тюльпаны разных оттенков; сойдёшь к берегу Мечётки – травы запахнут свежими яблоками, а умоешься мягкой речной водой – обдаст свежим арбузным ароматом.
Люди проходили мимо деловитые; здесь со встречными не здороваются. Решил я зайти в подвернувшийся по пути магазин; навстречу мне выполз бывший человек, чуть на меня не упавший, однако крепко удерживавший бутылку с прозрачным содержимым; потеряв надежду меня узнать, он, спотыкаясь, попетлял вглубь переулка.
…В книге об истории и современности этого места «Станица моя, Мечётинская» (Ростов-на-Дону, 2009) Виктор Зайдинер и Светлана Ковынёва подробно, с привлечением архивных материалов пишут о разных периодах существования Мечётки, основанной в 1809 году благодаря почтовому тракту, который проходил от Аксайской переправы на Кавказ по безлюдным Сальским степям. Конечно, эти историки-краеведы (кстати, муж и жена, образец абсолютного духовного родства) рассказывают и о том, как было поставлено дело с образованием. Но, к сожалению, я не смог в этом объёмистом издании ничего найти о двух упомянутых мной архитектурных памятниках. Повторюсь: один из них – близ Мечётки, по своему облику похож на гимназию периода эклектики в архитектуре; в советское время здесь работала школа, пока здание не пришло в негодность (в мае – августе 1943-го, как гласит поржавевшая табличка, школу занимал эвакогоспиталь). Сейчас в Мечётинской новая школа, через дорогу, а этот таинственный корпус – пустует (заваливается крыша).
Второй памятник – пожалуй, самый красивый в станице – на краю центральной площади (она же одновременно и  сквер), в нём когда-то располагалось правление колхоза, сейчас он зовётся Домом детского творчества «Ермак». Сначала мне показалось, что с его историей – дело простое: по своим стилевым признаком «Ермак» представляет собой старательную имитацию классицизма. Лёгкие пилястры (рельефно изображённые колонны с капителями, в рисунке которых угадывается советская символика), два орнаментальных пояса на карнизе (резьба по камню) и три аттика (проще сказать – декоративных башенки), центральный – с серпом и молотом. То есть это строение советского времени, «колхозного» назначения. Но что изначально было в первом, двухэтажном краснокирпичном здании?
Зерноградец Виктор Изарович Зайдинер (один из авторов книги) ответил на мой вопрос, когда я его встретил в редком фонде Донской государственной публичной библиотеки. Оказывается, в 1908–1909 годах в станице завершилось строительство двухэтажной школы с водяным отоплением. Подрядчиком был местный предприниматель Яков Данилович Дацыков, он же стал почётным блюстителем этого учебного заведения. Служило оно более ста лет, пока не пришло в аварийное состояние; увы, его реставрацией не занимаются. А что касается «Ермака» – когда-то этот длинный представительный дом принадлежал богатому предпринимателю Кучкину; одна часть дома была жилой, другую занимали торговые лавки. Год строительства неизвестен, но очевидно, что в советское время его обновили.
К сожалению, на краю площади – затяжная стройка: осенью 2001 года администрация выделила земельный участок для восстановления храма во имя Рождества Пресвятой Богородицы (он стоял в станице с 1895 года, а в 1971-м на его месте построили магазин). Однако из-за нехватки денег пока что оборудовали часовню да три года назад открыли поблизости памятник конструктору стрелкового оружия Фёдору Васильевичу Токареву, уроженцу Мечётинской. К слову сказать, имя Токарева носила станичная библиотека: но с некоторых пор оружейника «отодвинули» в пользу Бориса Примерова – поэта, в своё время известного в столичных литературных кругах (в Мечётинской он провёл свои юные годы). Может, и правильно? В одной из комнат библиотеки создан музей-комната Примерова: стол, предметы на нём, шкаф с книгами – всё подлинное. С 1 июля 1998 года в станице ежегодно проводятся Примеровские чтения и традиционный литературно-музыкальный праздник «Поющее лето», посвящённые жизни и творчеству Примерова. «Мечётка – один из самых уютных, как мне кажется, уголков на белом свете», – так писал Борис Терентьевич; но это в прозе, а вот – в стихах:

Мне бы жить безвыездно в Мечётке…
Девушку нехитрую любить
За неторопливую походку,
За уменье голову кружить…
Мне бы жить без вкрадчивого горя
У реки неслыханных красот,
У реки великой, по которой
На Москву уходит теплоход.

«Река неслыханных красот», да ещё и с «теплоходом» – это, конечно, Дон, и в стихотворении в целом говорится о донском крае, но в котором заветный для поэта уголок – именно станица Мечётинская. А что сказать о реке Мечётке, ещё  в девяностые годы богатой рыбой и раками, да с уютным пляжем?
Достаточно сравнить два фото: то, которое сделано весной четырёхлетней давности, и теперешнее. Там, где река сверкала полосками в тростнике – нынче сплошной тростник. А в той стороне, где река ещё пока видна – уже не купаются: мелко, мутно. Рыбу, правда, ловят – скорее всего, ради самого процесса или в надежде порадовать скромным уловом своих кошек.
А что будет ещё через пять лет? Грустно, грустно…

Много фото – здесь: http://10.0.40.9/blog/don-so-vsekh-storon/puteshestviya-po-rodnomu-krayu/na-mechyetke/?lang=ru

Эмиль Сокольский

Почти руины

Село Ново-Николаевка Азовского района, близ большого села Самарского.
Вот так выглядит сегодня Дом культуры. Сплошная разруха, двери заколочены. Если прошёл дождь – со стороны улицы едва пройдёшь: грязь, которая очень долго высыхает в тени сомкнувшихся деревьев. А когда-то я заходил здесь в библиотеку, смотрел, есть ли какие материалы по истории села, и даже что-то выписал.
Но… мне сказали, что библиотека всё-таки в Доме культуры есть – только вход с заднего фасада, со стороны футбольного поля; но сегодня, в воскресенье, там никого нет.Хоть такое, да утешение!




 
Эмиль Сокольский

Остатки панской усальбы на Крынке

#Донслвсехсторон
От районного центра Матвеев Курган совсем недалеко до села Александровка, что растянулось вдоль полноводной реки Крынки (приток Миуса). Здесь некогда располагалась усадьба Иловайских, и последним её владельцем был Мокий Иловайский, праправнук атамана Алексея Ивановича Иловайского (за взятие Емельяна Пугачёва пожалованного в 1777 году землями в Миусском округе). Выйдя в отставку подъесаулом в 1912 году, Мокий Николаевич посвятил себя ведению хозяйства в своей Александровке. Заработали водяная мельница, конный завод, животноводческие фермы; плодоносили сады. Он купил паровой трактор и обзавёлся «фордом».
Другой частью Александровки владела семья правнучки атамана Екатерины: занималась виноделием, садоводством, овощеводством; на другом берегу Крынки построила завод кровельной черепицы, продукция которого шла не только на Дон, но и в страны Европы.
Благодаря потомку Мокия Николаевича, уроженцу Матвеева Кургана, москвичу, доктору технических наук, профессору Николаю Дмитриевичу Иловайскому, стали известны обстоятельства последних лет жизни «пана Мокия».
В декабре 1917-го в окно спальни дома Иловайского, где находился хозяин с сыном, подбросили бомбу. Молниеносная реакция Мокия Николаевича, выбросившего бомбу обратно, обоим сохранила жизнь. По совету добрых людей они решили временно покинуть усадьбу, и отправились на лошадях до ближайшей станции, а оттуда на дрезине до Матвеева Кургана. Там, привлечённые военной формой Мокия Николаевича, которую он никогда не снимал, беглецов схватили красноармейцы и повели к водокачке на расстрел. Среди красноармейцев оказался некто Задорожный из Александровки; он упросил комиссара простить белых за их добрые дела. Иловайских отпустили; до прихода в Матвеев Курган Белой армии они прятались при станции в подвале местного доктора.
В феврале 1918 года Мокий Николаевич с сыном перебрался в Новочеркасск к зятю. И там, услышав весть о самоубийстве белого атамана Каледина, замертво упал от сердечного приступа. Ему было всего сорок пять.
Сын Дмитрий, воспитанник таганрогской гимназии, ушёл в донские степи, где его с обмороженными ногами обнаружили казаки. Те, кто опекал юношу, вскоре были расстреляны. Позже Дмитрий вернулся в Александровку и арендовал отцовскую мельницу. А тем временем комсомольская ячейка вынесла решение выдать помещика карательным органам. Друзья предупредили, и Дмитрий исчез… Навязчивая мысль – не оседать на одном месте! – преследовала его всю жизнь. В Воронеже он работал инструктором областного совета Осоавиахима и комитета Красного Креста; в Курске уполномоченным по реализации продукции при художественно-оформительской мастерской, в Мариуполе коммерческим доверенным в артели «Красный живописец», в Ленинграде – актёром Музкомедии. С последнего места его уволили в 1942 году «по собственному желанию» – и вскоре расстреляли. 38 лет прожил сын Мокия Николаевича.
…От центра Александровки, где стоит церковь Алексея Человека Божиего (возведённая в 1811 году вдовой атамана Иловайского и неузнаваемо перестроенная), до места бывшей усадьбы – десять минут ходу. В береговой рощице – словно раскопки античного города: двухметровые булыжные стены, вытянутые подковой и похожие на остатки канала; арочные перекрытия; длинная дамба, – это руины мельницы и плотины. И вот – плавный поворот Крынки, тихой, словно пруд, и ограждённой сплошной стеной деревьев и кустарников – потомков богатого барского сада.
В 2003 году в газете «Крестьянин» я напечатал фрагмент из своего рассказа об Александровке, а через некоторое время – мне звонок из редакции: «Вам пришло письмо, но поскольку на адрес редакции, то мы его вскрыли. Можно ли перепечатать в газете?»
Это было письмо от Варвары Алексеевны Почивалиной из Аксая; оно начиналось так: «Вот прочитала вашу статью, и во мне заколотилось моё сердце, мне кажется, я прошла вместе с вами по тем местам, где в детстве ходили мои ноги, по всем этим местам. О панах Мокии, Иловайских мне рассказывала моя мама, она уроженка Александровки, а папа – алексеевский (то есть из соседнего села Алексеевка, где тоже стояла усадьба Иловайских). Да, это верно, что они, паны эти, были люди добрые, отзывчивые». И далее – рассказ об Алексеевке, где прошло детство автора письма. Увы, там ничего не сохранилось: ни усадьбы, ни церкви…
Все фото – в источнике:
http://www.dspl.ru/blog/don-so-vsekh-storon/puteshestviya-po-rodnomu-krayu/panskiy-ugolok/

Эмиль Сокольский

Памяти Ксении Антич

В конце сентября 2020 года из Мюнхена (Германия) пришла печальная весть: 23 сентября в возрасте 88 лет ушла из жизни краевед и общественный деятель, представительница известного на Дону рода Миллеров Ксения Михайловна Антич. Дочь известного археолога Михаила Александровича Миллера (1883‑1968) маленькой девочкой в 1943 году оказалась на чужбине, но в течение всей своей жизни поддерживала тесные связи с родным краем.
http://www.donvrem.dspl.ru/Files/article/m4/4/art.aspx?art_id=1837

Эмиль Сокольский

Люденшайд и Таганрог – побратимы

Города Люденшайд (Германия) и Таганрог в 1991 году заключили соглашение о партнёрских отношениях. В появлении интереса общественности этих двух городов к установлению побратимских связей значительную роль сыграла память о трагических событиях войны. Напомним, что немецко-фашистский оккупационный режим на территории Таганрога был установлен в 1941-м и длился до августа 1943 года. Результатом нацистского террора и вывоза таганрожцев на принудительные работы в Германию стало сокращение вполовину населения города. Более 27 000 таганрожцев использовались Третьим рейхом в качестве рабской рабочей силы, многие из них попали на территорию Люденшайда. Следует подчеркнуть, что таганрожцы не только стойко и мужественно переносили тяготы оккупации, но при этом оказывали героическое сопротивление нацистскому «новому порядку». Таганрогское подполье являлось одним из мощных и дееспособных в Ростовской области.

Текст полностью:
http://www.donvrem.dspl.ru/Files/article/m7/0/art.aspx?art_id=1835

Эмиль Сокольский

Лагерь смерти в Ростове

Во время второй оккупации Ростова (июль 1942-го 14 февраля 1943) на Каменке, тогда окраине города, на территории артиллерийского парка и конюшен Ростовского артиллерийского училища действовал устроенный немцами сборно-пересыльный лагерь для военнопленных «дулаг 192» (dulag 192). А на основной территории училища, в сборно-щитовых казармах курсантов (ныне район квартала на пересечении проспектов Ленина и Нагибина), они организовали «филиал дулага»  резлазарет (res-laz 192), куда для уничтожения отправляли военнопленных: больных, раненых, истощённых, непригодных для дальнейшей отправки в Германию.

О лагере военнопленных в Ростове пишет ветеран военной службы Игорь Шмыгаль:
http://www.donvrem.dspl.ru/Files/article/m7/0/art.aspx?art_id=1834

Эмиль Сокольский

Герой Иван Гетман

«24 января 1943 года большие потери понесла 5-я мех[анизированная] бригада. В боях за хутор Арпачин погиб Герой Советского Союза отважный разведчик старшина И. И. Гетман».
С этой информации и начались мои поиски Героя. Особую роль сыграла газетная статья из Мурманска, в которой краевед Михаил Орешета рассказал журналисту о находках смоленских поисковиков: в августе 2016 года они наткнулись на останки погибшего в войну немецкого офицера. При офицере вермахта был найден целый клад! Трофейными сокровищами оказались ордена страны Советов и самая значительная медаль той поры – «Золотая Звезда». Награда имела № 239 и принадлежала Ивану Ивановичу Гетману.

Новая публикация в «Донском временнике», автор – Александр Шапоренко.
http://www.donvrem.dspl.ru/Files/article/m7/0/art.aspx?art_id=1832


Эмиль Сокольский

Ребята-герои

Накануне Великой Отечественной войны в историческом центре Ростова, рядом с центральным рынком, на улицах Донская и Ульяновская, по соседству проживала дружная компания мальчишек и девчонок: Коля, Толик и Валентина Кизим, их приёмный брат Коля Сидоренко, по прозвищу Беленький, Игорь и Нина Нейгоф, их приятели – Коля Петренко, Яша Загребельный, Витя и Лиля Проценко, Коля, Женя, Лиля Крамаренко, Ваня и Аня Зятевы, Нина Пилипейко. Большинство из них учились в средней школе № 35. Озорное детство разрушило вероломное нападение нацистской Германии и её союзников ‑  Финляндии, Италии, Венгрии, Словакии, Хорватии, Румынии на Советский Союз 22 июня 1941 года. Уже в ноябре донская столица стала фронтовым городом.
В  «Донском временнике» – материал военного историка Владимира Афанасенко
http://www.donvrem.dspl.ru/Files/article/m7/0/art.aspx?art_id=1824

Эмиль Сокольский

Уголь с Донбасса

К войне страна не готовилась. В последние предвоенные месяцы 1941 года коллективы угледобывающих предприятий Восточного Донбасса соревновались за досрочное выполнение полугодового плана. 5 июня в 8 часов вечера коллектив комбината Ростовуголь рапортовал о выполнении плана на 100,1%. 12 июня полугодовой план угледобычи выполнили коллективы шахт, носящих имена Фрунзе, Октябрьской революции, Артёма, Красина, Воровского, «Пролетарская диктатура», «Комсомольская правда», «20 лет РККА». Но мирная жизнь была прервана вероломным нападением фашистской Германии.
Полностью текст Виктории Мартыненко – здесь:
http://www.donvrem.dspl.ru/Files/article/m7/0/art.aspx?art_id=1827