?

Log in

No account? Create an account

ДОН

блог краеведов Донской государственной публичной библиотеки (Ростов-на-Дону)

Entries by category: литература

Как человек, имеющий право
Эмиль Сокольский
donvrem
Интересный фрагмент об Александре Солженицыне – из книги «Подстрочник. Жизнь Лилианны Лунгиной, рассказанная ею в фильме Олега Дормана» (Москва. 2010)

Солженицын приходил к нам дважды. Первый раз — повидаться с [Виктором] Некрасовым. Он с ним говорил, как школьный учитель, который распекает провинившегося  мальчишку. Внушал, что Вике надо полностью изменить oбpaз жизни, вставать спозаранку, работать в десять раз больше, писать по меньшей мере четыре-пять часов в день. Красно-синим карандашом расписал ему распорядок дня. Вика, живое воплощение свободы, корчился от смеха, л Александр Исаевич, никакого внимания на это не обращая, продолжал: а главное, он говорил, ты должен бросить пить. Ничего, кроме минеральной воды. Солженицын не видел людей, к которым обращался. Он не говорил – он проповедовал.
Во второй раз он приходил послушать записи Галича. Прямо с порога сообщил нам, что у него есть всего двадцать две минуты, прослушал начало песни, сказал: «Эта мне неинтересна, следующую». Послушал целиком всего две или три, наиболее реалистические. Все время смотрел на часы и ровно через двадцать две минуты встал, как будто закрыл заседание. И ушёл, ничего не сказав. А мы, в то время безумно этими песнями восхищавшиеся, были совершенно сбиты с толку.
В последний раз я его видела на Новодевичьем кладбище, на похоронах Твардовского в семьдесят первом году. Для Александра Трифоновича, которого за год до этого отстранили от руководства «Новым миром», жизнь потеряла всякий смысл. Нас привёз автобус Союза писа­телей. Перед воротами милиция отгоняла толпу, преграждая вход. Простым людям не позволялось проводить Твардовского в последний путь. Всё произошло удивительно быстро. Как будто боялись, чтобы похороны Твардовского, впавшего в немилость, не затянулись. Ни одного искреннего слова — только краткие официальные выступления. Затем, когда гроб стали опускать в могилу, Солженицын — а он был уже два года как изгнан из Союза писателей, вёл полуподпольную жизнь, — решительным жестом, жестом человека, имеющего право, отстранил всех, кто стоял перед ним, и шагнул вперед. Он хотел первым бросить горсть земли. А потом торжественно и размашисто осенил пространство крестным знамением.


Призыв с Дона
Эмиль Сокольский
donvrem
Вот как пишут о нашем Доне приезжие издалека. Автор – Елена Семёнова, сотрудник «Независимой газеты» (книга «Испытайние», Москва, 2017). Только разве Дон протекает по Малоросии?..

В малороссийских садах почернели черешни,
Поезд несётся вперёд – к урожаю поспеть
В пыль полустанков и в полдень, от зноя сопревший,
Степью сухой захлебнуться, исчезнуть, истлеть…

Дон свои воды несёт – чистоглазая птица.
Солнце в зените, слепит меловая гора.
Видно, не тело, а сердце сумело родиться
В этом краю, где станицы, поля, хутора…

Каждая клеточка прячется в зрелое лето,
Вновь тарахтит на реке деловитый паром.
Надо с парома нырнуть – кто способен на это?!
Слиться с течением кожей, глазами, нутром.

Выйти на берег лиловым, в мурашечной сыпи,
Броситься в запах речного песка и лозы,
Лодку встречать, и в рокочущем вёсельном скрипе
Тянущий, гулкий и донный услышать призыв…


Возникают вопросы!
Эмиль Сокольский
donvrem
В книге «Дон потаённый» рассказывается об исторических памятниках, которые разбросаны по самым различным, в том числе «глубинным» – в стороне от больших дорог – уголкам Ростовской области: в посёлках, сёлах, слободах, хуторах, станицах и, в виде исключения, – в городах (Новочеркасск, Константиновск, Красный Сулин).
О некоторых странностях этого издания рассказывает заведующая отделом краеведения Донской государственной публичной библиотеки Маргарита Маритросова:
http://www.donvrem.dspl.ru//Files/article/m20/0/art.aspx?art_id=1613


Неужели это так?
Эмиль Сокольский
donvrem
У Владимира Козлова (организатора Дней современной поэзии на Дону) отдельным изданием вышел роман «Рассекающий поле» (Москва, 2018).
В нём есть один момент. Герой приехал из Ростова-на-Дону в Санкт-Петербург и замечает о петербуржцах: «…обращается к ним чужак – и они просто и дружелюбно ему отвечают. Никакой вот этой южной торгашеской манеры предварительно оценить собеседника, прежде чем определиться, в каком тоне ему отвечать. В Москве к этой манере добавляется ещё и высокомерие, которое и не хочет ничего знать о спрашивающем. Спроси в Москве, как куда-либо пройти, – увидишь такое лицо, как будто ты клянчишь деньги, – они там осознают, что они не могут себе позволить тратить время на человека из толпы».
Неужели (если говорить о ростовчанах и москвичах) это так? Не ровно ли наоборот, то есть – вежливость, желание всё разъяснить? Справедливы ли эти слова? Может быть, герою просто несколько раз не повезло, и он навсегда сделал такой вывод?..


.

Михайловское Лукоморье
Эмиль Сокольский
donvrem
В течение нескольких лет в Москве выходила газета «Автограф», посвящённая Пушкину и его эпохе. Благодаря сохранившимся разрозненным страницам из этой газеты мы нашли любопытную публикацию, подписанную ветераном Великой Отечественной войны Ф. Минеевым, участником освобождения и разминирования Пушкинского музея-заповедника в Псковской области в июле 1844 года. Называется статейка «Так где же всё-таки Лукоморье?»
(Автограф, 1998, № 6, 10–25 февраля. С. 6).
Добавим, что она всё же не исчерпывает темы «Лукоморья» и что нельзя забывать: Семён Степанович Гейченко был известным создателем легенд.


В «Вечернем Донецке» за 14 мая (1997 г. – ред.) помещена публикация Л. Санина под названием «Лукоморье – это наше Приазовье». В ней утверждается, что А. С. Пушкин видел лукоморье (из «Руслана и Людмилы») вблизи нынешнего села Безыменное Новоазовского района Ростовской области. а в подтверждение этого говорится: «…Азовское море Александр Сергеевич увидел в конце мая 1920 года, когда в экипаже семьи генерала Николая Николаевича Раевского совершал путешествие из Екатеринослава (теперь Днепропетровск) на Кавказ. Дорога туда проходила через Мариуполь и далее по берегу моря на Таганрог и Ростов».
Увидел, мол, тогда поэт побережье Азовского моря и на его берегу безымянный рабочий хутор из пяти хат, а затем под влиянием вдохновения написал… в ноябре 1824 года, находясь в ссылке в селе Михайловское Псковской области (губернии), своё знаменитое «У Лукоморья дуб зелёный».
Не буду касаться содержания бесед Пушкина с 15-летней дочерью генерала Раевского, якобы состоявшегося во время путешествия. Но хочу коснуться мотивов написания А. С. Пушкиным стихотворения «У Лукоморья дуб зелёный». Известный пушкинист, бывший директор Государственного Пушкинского музея-заповедника в Псковской области С. С. Гейченко (умер в 1993 году) в своём изданном в Ленинграде в 1973 году сборнике «Стихи, написанные А. С. Пушкиным в Михайловском», указывает: «У Лукоморья дуб зелёный». Стихотворение написано в Михайловском по мотивам зачина русской народной сказки, записанном Пушкиным со слов Арины Родионовны в ноябре 1824 года. «У моря-лукоморья стоит дуб, а на том дубе золотые цепи, и по тем цепям ходит кот, вверх идёт – сказки рассказывает, вниз идёт – песни поёт». В черновом отрывке стихи 4–5 имеют вариант – «направо сказочку мурлычит, налево – песнь мяучит он». Во втором издании (1828) «Руслана и Людмилы» Пушкин присоединил это стихотворение к поэме в качестве пролога…»
Сёла Михайловское, Тригорское, Петровское с посёлком Пушкинские Горы (бывшие Святые Горы), со Святогорским монастырём, где покоится прах поэта, с древним городищем Воронич и Савкина горка и прилегающей к ним территорией с рекой Сороть, озёрами Кучане и Маленец, с расположенными лесами и дубравами и составляют Государственный Пушкинский музей-заповедник.
Во времена Пушкина по обширному озеру Кучане и реке Сороть водную гладь бороздили рыбачьи лодки-парусники, а в сильные ветры на озере поднимались высокие волны, как у «моря-лукоморья». Именно эта природа, как утверждал на встречах с нами С. С. Гейченко, вдохновила поэта, находившегося в ссылке в Михайловском, написать стихотворение «У Лукоморья дуб зелёный».
Эту природу я и сам видел шесть раз, бывая в Пушкинском заповеднике.




 

Красноармейская, 97
Эмиль Сокольский
donvrem
Пишет поэт из Ставрополя, автор книги «А где здесь наши?» (Москва, «Воймега», 2013) Станислав Ливинский:

ТО САМОЕ МЕСТО

Именно здесь и произошло всё то, что описано в «Снежинке».
Ростов. Улица Красноармейская, 97. В/ч 54374 (такой номер она носила тогда).
Два года, проведённые за этим забором, за исключением пары месяцев – учения и разного рода командировки. Справа – здание казарм (ещё царских), правда, в 1991 – 1993 они выглядели естественно – цвета красного кирпича. Теперь, как видите, их покрасили в жёлтый. Мои два окна – третье и четвёртое с краю на последнем этаже. Второй взвод, стрелковая рота. Кирпичный забор в левом нижнем углу – сколько через него было совершено самоходов, только в те годы на нём ещё возвышалась металлическая решётка, затрудняющая процесс приобщения к свободе. Дальше – клуб, а за казармами тот самый плац, на котором тот самый мальчик ...
В общем, до оторопи, до слёз…

Снежинка

I
Как будто это было не со мной
(и было ль вообще на самом деле),
но армия мне снится до сих пор.
Забор кирпичный, царские казармы,
под крышей надпись – тыща девятьсот
шестой. А на дворе двадцатый век
последние донашивал шинели.
Огромный плац и сотни человек.
И первый снег идёт, как новобранец,
не в ногу, но ему никто не крикнет:
– А ну-ка там, салага, шире шаг!

Мы на плацу стоим и замерзаем –
солдатики, онижеещёдети.
Передо мной дрожит какой-то мальчик:
смешной затылок, девичья фигура.
Я вижу эти маленькие плечи.
Я помню, как ему одна снежинка
упала прямо в дуло автомата.
Зачем-то я запомнил этот день.

II
Я помню старшину. Сто раз на дню
он вспоминал фамилию мою,
орал, как сука, вечно надрывался,
что для меня давным-давно она –
пустое слово, бывшая жена.
Я б на неё теперь не отозвался.

Простой сюжет. А дальше – настежь дверь,
на стол положат, кто-нибудь да всхлипнет.
Смеяться будешь – прапорщица-смерть
нас так же по фамилии окрикнет.

III
Я помню – старшина по воскресеньям
водил нас в баню, как на водопой.
Вот зрелище. Я про него сказал бы,
что это тот ещё соцреализм.
И мне казалось – в общей наготе
беспомощность была и обречённость.
Наверное, в чистилище теперь
такой же пар, такие же отсеки,
такой же невозможный синий кафель.

Я помню – доставали из петли
мы в этой бане год спустя мальчишку,
солдатика с той самою снежинкой.
Как он лежал на каменном полу
и принимал мужские очертанья,
и кто-то слишком мрачно пошутил,
что парень неудачно дембельнулся.

Его я помню очень хорошо,
хотя его лица совсем не помню.
Смешной затылок, девичья фигура.
Совсем ещё ребёнок, бедный мальчик,
а за спиною чёрный автомат
и маленькая белая снежинка.
2011


Натан Злотников – Виталию Сёмину
Эмиль Сокольский
donvrem
В Донской государственной публичной библиотеке имеется книга Натана Злотникова «Морозное облако» (Москва, 1977); онап была отправлена автором в Ростов Виталию Сёмину, и в неё был вложен листок – бланк журнала «Юность» (в котором Злотников отвечал за поэзию, а потом стал замом главного редактора), на бланке – письмо от 12. VII. 1977 г., написанное некрупным, слегка небрежным почерком.
Приведём его полностью:.

«Дорогой Виталий!
Прими – с немалым опозданием – поздравление с твоим юбилеем! (Так странно вблизи твоего имени произносить эти слова). Глубоко уважаю тебя и люблю. Знаю, кажется, всё, что ты написал – и люблю это.
Л.И. сказал о тебе очень хорошо.
Обнимаю и целую – твой Н.»
Но это не всё, на обороте – продолжение:

«Мне дали жильё: Астраханский пер., 5, корп.1, кВ.44
Мы все будем рады обнять и приветить тебя в новом нашем доме.
В Москве суета и беготня. Идут частые и короткие дожди.
Я закручен очень. Наташа в больнице – у неё язва обнаружена, а Лелюша и все пр. – на мне.
Ну да всё сладится.
Твой Н.»



Поэт чувства и поэт мысли Николай Скрёбов
олень
donvrem
Николай Скрёбов

Прочёл свежую книгу поэта Николая Скрёбова «Поклон». Надо бы поставить на книжную полку, а оторваться не могу. Глажу её мягкую, приятную обложку. Мысли и эмоции сплелись в единый клубок. Н. Скрёбов это умеет. От этого и радость новой встречи и грусть расставания.

Это сборник. Автор показал разные стороны своих творческих возможностей: стихи, прозу, шутливые пародии. Обычно авторы в таких случаях начинают с прозы, а потом идут стихи, так сказать, на десерт. Скрёбов нарушил традицию. Смолоду заявив о себе как о поэте, он так и идёт по жизни, потому в первой части своего итогового сборника представил стихи, затем прозу и наконец «плюс иронизация», где юмор, стихотворные пародии и кое‑что ещё, о чём ниже...

Игорь Ваниев «ДУША НЕ СОВПАДАЛА С БЫТИЕМ…»


Сергей Есенин: два визита в Ростов
Эмиль Сокольский
donvrem

Этот текст («Есенин в Ростове») был напечатан в сборнике «Литературный Ростов – памяти Сергея Есенина» (Ростов-на-Дону. 1926), воспроизведён в ростовской газете «Молот» от 2 октября 1965 года, и затем в переработанном виде – в первой книге двухтомника «С. А. Есенин в воспоминаниях современников» (Москва, 1986). Автор – Нина Осиповна Александрова, которая в 1920-е годы публиковала свои стихи под псевдонимом Н. Грацианская. Мы сочли нелишним привести его и в нашем Живом Журнале.

Солнечным июльским днём 1920 года в книжную лавку ростовского Союза поэтов (она помещалась на Садовой) вошёл стройный светлокудрый человек. Он приветливо улыбнулся, слегка прищуривая синие глаза. Лицо незнакомца, милое своей простотой, сразу располагало к себе.

– Сергей Есенин! – узнал пришельца кто-то из ростовских литераторов, и его тотчас же окружили, засыпали вопросами '.

Есенин охотно отвечал: приехал из Москвы вместе с А. Б. Мариенгофом и Г. Р. Колобовым. Цель приезда – пропаганда советской поэзии. Вот мандат за подписью наркома А. В. Луначарского, вот афиши о предстоящем вечере поэзии, которые надо побыстрее расклеить. В подборе помещения для вечера просил помочь.

Прошло немногим более полугода после освобождения Ростова от белогвардейщины. Приезд к нам столичного поэта был свидетельством крепнущих литературных связей с Москвой, становлением нового в культурной жизни города.

В ту пору много ростовских школьников увлекались поэзией, с нетерпением ждали приезда В. В. Маяковского, стихи которого знали наизусть.

Но Есенин – это тоже было здорово! А когда Сергей Александрович рассказал, как вместе с друзьями-поэтами расписал стены Страстного монастыря стихами, мы были совсем покорены.

Вечер с участием С. Есенина состоялся вскоре в помещении кинотеатра «Колизей». Сергей Александрович попросил меня прийти пораньше, до начала вечера. Я сидела рядом с ним и по его сжатым губам и напряжённому взгляду видела, как серьёзно он готовился к выступлению, словно к состязанию, из которого надо обязательно выйти победителем.

– Ведь в зале, – сказал он, – могут оказаться и люди, враждебные молодой советской поэзии, всему новому. Таким надо дать бой.

Есенин читал ярко, своеобразно. В его исполнении не было плохих стихов: его сильный гибкий голос отлично передавал и гнев, и радость – все оттенки человеческих чувств. Огромный, переполненный людьми зал словно замер, покорённый обаянием есенинского таланта.

Бурей аплодисментов были встречены «Исповедь хулигана», «Кобыльи корабли», космическая концовка «Пантократора».

Лирическим стихам

Я покинул родимый дом,

Голубую оставил Русь.

В три звезды березняк над прудом

Теплит матери старой грусть.

аплодировали так неуёмно, что, казалось, Есенину никогда не уйти с эстрады.

Но вот его сменил А. Мариенгоф, прочитавший новую поэму. Г. Колобов не выступал, хотя в афише значился третьим участником вечера. Мы уже знали, что Григорий Романович не поэт, а работник транспорта, в служебном вагоне которого Есенин приехал в Ростов.


(продолжение следует)


Работы по шлюзованию реки Северский Донец. 1911-1912 годы. Часть 3
олень
donvrem
Продолжение. Начало см. Часть 1. Часть 2.

На строительстве шлюзованной системы образовался очень яркий и талантливый коллектив специалистов. Один из них, инженер Ф. А. Тиллингер, был в 1912 году командирован во Францию, Англию и Австрию для ознакомления с новейшим опытом строительства шлюзов и плотин. Блестящие знания и организаторские способности проявили на этой стройке помощники начальника работ, инженеры П. Г. Чижевский и Е. А. Володарский, старшие производители работ В. И. Копейкин, А. К. Старицкий, главный бухгалтер стройки С. А. Русинов. Это были, как говорится, инженеры старой закалки, гордившиеся своим инженерным званием...
Гидроузлы системы строились в следующих местах: второй - у хутора Апаринский, третий - у хутора Авилов, четвертый - вблизи станицы Екатерининской (ныне Краснодонецкой), пятый - у хутора Дядин, выше станицы Усть-Белокалитвинской, шестой - у хутора Богданов, ниже станицы Каменской, седьмой - у хутора Красного, несколько выше станицы Гундоровской.
(Источник: Редьков Н. Н. Дон - река жизни / Н. Н. Редьков, Г. Л. Беленький, А. В. Огарёв. Ростов н/Д, 2005).

Продолжаем публикацию фотографий из альбома "Работы по шлюзованию р. Сев. Донца. 1911-1912 годы":

Сооружение 5. Выемка котлована верхней головы шлюза.

Read more...Collapse )
Продолжение следует.