Category: медицина

Category was added automatically. Read all entries about "медицина".

Эмиль Сокольский

«Больничная» достопримечательность

#Донсовсехсторон
Не каждый гость Волгодонска знает, что одна из достопримечательностей города – городская больница № 1, точнее – парк при этой больнице. Попасть в него можно запросто: никакой охраны. А какая охрана может быть, если при входе «с тыла» несколько лет назад возвели кирпичный храм! Освятили его во имя великой княгини св. Елисаветы Феодоровны.
Эта милосердная женщина навещала в Москве больницы  для бедных, богадельни и приюты для беспризорников, раздавая раздавала еду, одежду и деньги. С началом русско-японская войны устраивала в залах Кремлевского дворца мастерские для помощи солдатам, а также госпиталь для раненых и специальные комитеты по обеспечению тех, кто остался  вдовами и сиротами. На Большой Ордынке в 1909 году княгиня основала обитель. Сёстры обучались  медицине, наносили визиты больным, бедным, осиротевшим, оказали медицинскую помощь, материально поддерживали. А потом организовала в обители больницу, там работали лучшие московские врачи. Лечили бесплатно.
Но произошёл государственный переворот. В обитель пришли анкеты: кто проживал? кого лечили? имя? возраст? происхождение? Последовали аресты врачей; сирот перевели в детский дом. А потом арестовали Елисавету Феодоровну и отправили на Урал.
Летней ночью 1918 года её и  других представителей императорского дома бросили в шахту рудника. «Господи, прости им, ибо не знают, что творят» – это последние слова, которые от неё слышали.
Однако вернусь к больнице. С 1985 года в ней стоял у руля Виктор Александрович  Жуков (он умер в 2019-м). Повезло городу! Главврач был уверен: для лечения необходимы не только лекарственные препараты, но и окружающая среда, положительные эмоции, которые можно вызвать привлекательным ландшафтом, располагающим к покою, умиротворению – и даже к радости. Ведь одно из важных условий выздоровления – чаще быть на свежем воздухе, не думать о болезни! И с 2010 года на территории больницы началась работа: здесь посадили свыше трёхсот деревьев и кустарников, организовали цветники и лужайки – и постарались придать парку весёлый, немного сказочный вид...
Городская больница № 1 – старейшая в Волгодонске; ей уже без малого шестьдесят!
Начало ей положил стационар и родильный дом; там же располагались поликлиника, скорая помощь, лаборатория и прочие вспомогательные подразделения. Со временем появились второй корпус, новый родильный дом, инфекционное отделение, отделение сестринского ухода...
Обслуживает больница пациентов из Волгодонского, Дубовского, Зимовниковского, Мартыновского и Цимлянского районов. Об уровне обслуживания в этой больнице говорит тот факт, что в 2010 году ей присвоили звание «Коллектив высокой социальной ответственности».
А через год на больничной территории открылась двухметровой высоты скульптурная композиция «Врач и медсестра» (скульптор Егор Дердиященко) – единственная в Ростовской области, посвящённая врачам.
Скульптурную композицию «Аксинья» (работа скульптора Василия Полякова) установили весной 1980 года у автодороги «Волгодонск – Цимлянск», проходившей через Цимлянскую ГЭС. Туда приезжали все местные молодожёны! Но построили новую, объездную – и «Аксинья» оказалась без присмотра. К 2010 году варвары окончательно разрушили её. То, что осталось от скульптуры, вывезли в Волгодонск.
За восстановление «Аксиньи» взялся скульптор из станицы Романовской Александр Ализаде, финансовую поддержку оказал станичный предприниматель Василий Сухонос. Первая, упрощённая копия родилась уже в 2011 году, её и поставили в уютном сквере при горбольнице.
Будет и второй вариант скульптуры: она займёт место на одной из районных баз отдыха.
Экскурсии сюда, конечно, не водят. Да и хорошо: больничный парк – место для тихих уединённых прогулок.
Фото церкви и скульптур: http://www.dspl.ru/blog/don-so-vsekh-storon/chelovek-v-istorii/park-pri-gorbolnitse/

Эмиль Сокольский

«Окрестности» Чехова

#Донсовсехсторон
Своё исследование «Чехов и “окрестности”» (Санкт-Петербург, Алетейя, 2018) Ирина Манкевич определяет как культурологическое прочтение жизнетворчества Чехова, понимая под «окрестностями» частную жизнь писателя в неразрывной энергетической связи с его литературной повседневностью. Какую роль играет костюм в жизни Чехова и каким образом он отражается в его прозе? Те же вопросы ставятся и в связи кулинарными традициями чеховской семьи и с темой застолий в рассказах писателя. Завершает книгу глава, посвящённая ароматам и запахам – как в будничной жизни Чехова, так и в его произведениях. Книга полна интереснейших подробностей, включает в себя много цитат современников Чехова и читается как захватывающий роман.
Не могу удержаться и не привести несколько фрагментов; здесь приводятся свидетельства современников нашего великого земляка о том, как он одевался.
«И. А. Бунин: “Как ни слаб бывал он порой, ни малейшей поблажки не давал он себе в одежде. <...> Никогда не видал его в халате, всегда он был одет аккуратно и чисто. У него была педантическая любовь к порядку – наследственная, как настойчивость, такая же наследственная, как и наставительность”.
А. И. Куприн: “Никто даже из самых близких людей не видал его небрежно одетым, также не любил он разных домашних вольностей вроде туфель, халатов и тужурок. В восемь-десять часов его уже можно было застать ходящим по кабинету или за письменным столом, как всегда безукоризненно, изящно и скромно одетым”.
И. Н. Альтшуллер: “Я никогда не видел у него кабинет неубранным или разбросанные части туалета в спальне, и сам он был всегда просто, но аккуратно одет, ни утром, ни поздно вечером я никогда не заставал его по-домашнему, без воротничка, галстука. <...> В этом сыне мелкого торговца, выросшем в нужде, было много природного аристократизма не только душевного, но и внешнего, и от всей его фигуры веяло благородством и изяществом”».
В связи с Чеховым и блюдами в его семье – подробности о «питьевых» предпочтениях Чеховых (извлечённые из писем): «Это были лёгкие белые вина, шампанское водка. Реже употреблялись коньяк, кларет, портер, красное креплёное вино. А в последние годы своей жизни Чехов предпочитал пиво, мечтая вместе с женой наслаждаться им в путешествии по Швейцарии и Италии».
Пьянство Антон Павлович осуждал. Из письма к А. С Суворину от 10 октября 1888 года: «Что мне делать с братом? Горе, да и только. В трезвом состоянии он умён, робок, правдив и мягок, в пьяном же – невыносим. <...> Но у нас в роду нет пьяниц. Дед и отец иногда напивались с гостями шибко, но это не мешало им благовременно приниматься за дело или просыпаться к заутрене. Вино делало их благодушными, оно веселило сердце и возбуждало ум» Самого же Александра Антон Павлович убеждает (в письме от 14 октября) если уж пить, то «в компании порядочных людей, а не solo и не чёрт знает с кем. Подшофейное состояние – это порыв, увлечение, так и делай так, чтобы это было порывом, а делать из водки нечто закусочно-мрачное, сопливое, рвотное – тьфу!»
Я могу даже и кое-что добавить. У Александра Павловича есть воспоминания о том, как он с братом Антоном приехал к деду, который служил управляющим в имении Платова в дальних окрестностях Таганрога. В глазах и деда и бабки ребята прочли досаду: мол, чёрт принес! Потчевали Александра и Антона всего лишь хлебом, чаем, молоком и жареными голубями. И это при том, что дед –  убеждённый домостроевец, беспокоящийся о своей родне (известны, например, упорные его хлопоты о дочери Александре, о её муже и сыновьях). Да к тому же – могло ль такое произойти в деревне, у безбедных хозяйственников? К прочему Александр Павлович пересказал следующие местные были. Однажды Егор Михайлович возвращался вечером домой. Кто-то поперек дорожки натянул бечеву; дед упал, на него набросили мешок с мукой, связали, так и валялся, пока его не обнаружила Ефросинья Емельяновна. В другой раз, тоже исподтишка, вымазали голову смолой и вываляли в перьях; бабка потом долго скоблила - не могла смолу отскоблить...
О чем говорят эти истории? Пожалуй, не столько о дедушке, сколько о самом Александре Павловиче, бойком публицисте, очеркисте, сочинителе рассказов и даже романов на потребу публике, лишенном, видимо, каких-либо этических норм, ибо– свою близкую родню, корни свои он выставил на посмешище перед всем честным народом. Ради дешевой заманухи не пожалел и дорогого человека, жалко оправдываясь после своих россказней: может, и не такими уж плохими они были, дед и бабка? – нет, всё-таки они были лучше...
Михаил Павлович Чехов вспоминал об Александре: он страдал запоями и в эти периоды особенно много писал; а потом сам же страдал от своих писаний...
Великий писатель Антон Павлович Чехов не позволял себе подобного. Например, в «Красавицах» Антон Павлович с теплом описывает поездку с дедом из Большой Крепкой в Ростов-на-Дону, которая, по словам старожилов села Большие Салы, состоялась в 1877 году. А в письме к А. С. Суворину от 29 августа 1888 года Чехов вспоминал: «В детстве, живя у дедушки в имении гр. Платова, я по целым дням от зари до зари должен был просиживать около паровика и записывать пуды и фунты вымолоченного зерна; свистки, шипения и басовый волчкообразный звук, который издается паровиком в разгар работы, скрип колес, ленивая походка волов, облака пыли, черные, потные лица полсотни человек – всё это врезалось в мою память как отче наш».
Но вернусь к Ирине Манкевич, которая, наконец, затрагивает тему болезни и смерти весьма оригинальным образом.
«В некотором смысле биография Чехова – это история его болезни. Туберкулёз определил течение его жизни, и он же её и оборвал» (цитата из Д. Рейфилда «Жизнь Антона Чехова»). Туберкулёз определил и линию застольной жизни Чехова. С одной стороны, отсутствие полноценного питания с самых ранних лет, семейная предрасположенность к туберкулёзу и небрежение родителей Антона Павловича к симптомам его раннего «катара кишок», не считавшегося в те времена болезнью, вынуждали Чехова в своей душе и теле эпикурейское отношение к жизни. С другой стороны – литературная слава, сделавшая Чехова одновременно и принцем и нищим, зависимым от семейных обстоятельств, издателей, просителей, почитателей и любящих женщин не давала ему возможность, дыша полной грудью, вести столь вожделенный им праздный образ жизни. Вместе с каплями рабской крови Чехов в буквальном смысле слова утрачивал и свою, живую кровь, а вместе с ней и желание вкушать радости бытия – здоровый стол и любовь к женщине.
Письма Чехова и воспоминания о нём современников свидетельствуют о том, что отношение Чехова к еде как таковой во многом, если не всецело, определялось течением его болезни. А меню чеховских завтраков, обедов и ужинов зависело не столько от его личного выбора, сколько от тех застольных ситуаций, в которых он вольно или невольно оказывался».
При чтении этой книги не покидает мысль: а как бы сам Чехов к ней отнёсся? Не расценил бы её как «домашнюю вольность»?
Источник: http://www.dspl.ru/blog/don-so-vsekh-storon/literaturnyy-albom/chastnosti-antona-chekhova/

Эмиль Сокольский

Екатериновка на Ее

#Донсовсехсторон

Чтобы из Ростова попасть в село Екатериновка, – на берега реки Ея, теряющейся в Ейском лимане, – нужно взять курс на Ейск. Точнее, так: проехать стороной город Азов и двигаться далее на юго-запад – бесконечными однообразными полями. Перед Краснодарским краем будет поворот направо, на местную трассу. Екатериновка – между большим селом Елизаветовка (это ещё Ростовская область) и селом Ейское Укрепление, приблизительно в десятке километров от обоих.
И Ейское Укрепление, и Екатериновка входили в Донской округ Северо-Кавказского края.
Основанная в конце XVIII века беглыми крестьянами, Екатериновка широко развернулась на пологом склоне к невидимой за камышами реке и внешне ничем не привлекает: довольно простые, похожие друг на друга домики и новая церквушка из силикатного кирпича, не имеющая архитектурных достоинств. Есть, правда, старая каменная мельница и старая больница с ажурным навесом над крыльцом, два белёных дома, напоминающие дореволюционные торговые лавки. А есть и настоящее чудо, которое можно увидеть, зайдя в двухэтажный представительный, построенный из туфа Дом культуры: музей из восьми комнат, в котором собрана всевозможная старина.
Создан он Николаем Иосифовичем Шульгатым на основе материалов, собранных хранителем истории села Георгием Ильичом Фёдоровым. Впоследствии музей возглавил Иван Карпович Малышенко (он родился 25 августа 1945 года в Екатериновке). Не окончив среднюю школу, с 14 лет Иван Карпович работал в местном колхозе прицепщиком и помощником тракториста. После окончания службы в Германии трудился строителем в колхозе имени Тараса Шевченко и в стройбригаде совхоза «Северный»; тогда же, параллельно с этой работой, являлся хранителем музея. Сейчас музеем занимается его сын Андрей.
От богатства коллекций глаза разгораются! В который раз думаешь: какая же всё-таки это волшебная вещь – неравнодушие! – ведь не будь человека, преданного истории и заразившего своей деятельной увлечённостью других, всего этого могло не быть… И сразу преображается «неприметная» Екатериновка: начинаешь понимать, в каком удивительном месте находишься. О нём с массой интересных подробностей рассказывал хранитель музея Андрей: сначала на чистом русском, потом стал проскакивать украинский диалект, и наконец он сдался: «Вы простите, но я буду иногда переходить на балачку!» (в этих местах и старые и молодые «балакают»).
В Екатериновке сохранились мельница начала прошлого века, построенная в дореволюционное время, больница, действующая поныне. И есть в селе святыня: источник иконы Божией Матери «Неувядаемый цвет». Когда-то рядом стояла деревянная церковь во имя Николая Чудотворца, а из освящённого колодца пили воду и поили скот.
После революции храм разрушили, источник засыпали, завалили плитами. Но ключ продолжал искать выход; место заболотилось и поросло камышом.
В 2008-м об источнике вспомнили. Определив местонахождение, жители стали вручную расчищать территорию, однако потребовались краны, – их выделил колхоз имени Шевченко (задумчивый памятник кобзарю установлен перед зданием администрации). Убрав плиты, обнаружили деревянный сруб. Через год обустроили и освятили колодец, соорудили купальню.
По своим свойства вода близка к минеральной «Меркурий». Рядом люди набирают грязь: помогает при болезнях.
Пространство близ источника обсадили вётлами, вишнями, грецким орехом, на клумбах пробиваются тюльпаны. А за ней – сплошные камыши и вода.
Мне довелось здесь побывать ранней весной. Было солнечно, но прохладно, поддувал ветер. Но он не повлиял отрицательно на моё решение троекратно окунуться в леденящей купальне.
Фото Екатериновки: http://www.dspl.ru/blog/don-so-vsekh-storon/puteshestviya-po-rodnomu-krayu/chudesa-ekaterinovki/

Эмиль Сокольский

Заднего хода не ждать?

Из интервью Владимира Козлова с директором сети медицинских клиник «Здоровье» Игорем Симаковым («Эксперт Юг. Новости бизнес аналитика»). Давно, ох давно пора уже оглянуться на то, что у нас стало происходить в марте-апреле...
«Когда всё началось, я даже выпустил собственный ролик, говоря о том, что не надо паниковать, ничего страшного нет. Потому что ощущение было, что власть перепугалась, не смогла адекватно оценить ситуацию. Есть ощущение, что они насмотрелись этих итальянских роликов, китайских, постановочных – и начали делать множество неадекватных угрозе шагов. А сейчас задний ход давать, наверное, стыдно – ну и объяснять нужно, для чего это сделали.
Придумали некую новую юридическую форму повышенной готовности. Закон быстренько приняли, по которому вводились ограничения. Сейчас у нас даже данные о смертности от ковида не публикуют. А есть данные, что она 0,2-0,3% – гораздо ниже, чем когда мы видели эпидемию птичьего гриппа в 2002, 2008 годы – там до 1% доходило, но ничего подобного с экономикой ни в мире, ни в России тогда не было».
Полностью:
https://expertsouth.ru/news/igor-simakov-strakh-i-drugie-opasnosti-borby-s-koronavirusom-v-rostovskoy-oblasti/?fbclid=IwAR0VrKjTKCv__dj7EYqCN7V0WmBLg9UiNnYh0_vBBXyExSU8inBq3DgbbOc
Эмиль Сокольский

Контакт с природой

И ещё о Красном Сулине – а точнее, о легендарной личности, жившей в этом городе.
Жизнь, богатая событиями, не может уложиться в этот пост; но – хотя бы коротко.
Порфирий Корнеевич Иванов родился в 1898 году в шахтёрской семье. После церковно-приходской школы устроился на шахту. Как многие его сверстники, вёл разгульную жизнь. Воевал на стороне красных; после войны работал экспедитором.
В 1933 году (по другим сведениям – в 1928-м) он переехал в Красный Сулин (где и прожил до 1975-го). Весной того же года его осенило: стремясь к теплу и сытости – человек приходит к болезням и смерти! Но как жить долго и быть здоровым? – нужно восстановить контакт с природой.
Иванов отказался от одежды. Босиком, в трусах стал гулять на морозе. Затем в таком же обличье отправился пешком по Восточному Донбассу – без еды и почти без питья.
В 1935-м Иванова задержала милиция на центральном рынке Ростова, где он пропагандировал своё учение. Его поместили в буйное отделение психиатрической больницы с диагнозом «шизофрения», присвоили инвалидность 1-й группы, таким образом освободив его от призыва в армию
В 1942 году Красный Сулин оккупировали немцы, Ивановым заинтересовался генерал Паулюс, которому Иванов предрёк поражение в войне. Гестаповцы
возили экзотического мужика по морозу в коляске мотоцикла для воодушевления солдат: смотрите, русский даже голым не мёрзнет! Немцы решили, что это святой, и сохранили ему свободу
После войны – опять психушка, другая, третья… Приехав в в Ростов, Иванов устроился экспедитором. Многие видели этого мощного обнажённого старика, с широкой походкой разгуливающего по городским улицам.
Здоровье Иванова подкосило и скорее всего, приблизило смерть – пребывание в клинике Новошахтинска, где зимой его содержали в холодном изоляторе, заставляли спать на голой сетке, без одеяла; не давали гулять, кололи в ногу мышьяк, выкачивали спинномозговую жидкость.
Пришло время – о нем сняли фильм, была подробная публикация в «Огоньке». А в 1983-м Порфирий Корнеевич умер в возрасте 85 лет.
Его учение со временем превратилось в культ с мотивами сатанизма. Но во что верил Порфирий Иванов, вообразивший себя Христом?
В то, что будущий человек научится жить за счёт сил воздуха, воды и земли, будет купаться утром и вечером в воде любой температуры, помогать бедным; не пить, не курить и обязательно со всеми здороваться.
Порфирий Корнеевич сам излечивал людей от недугов – но только если его об этом просили, глядя в глаза; лишь тогда он определял: хочет ли человек действительно в корне изменить свою жизнь?
Когда нам холодно – можно вспомнить о Порфирии Иванове. Может, станет теплей!


Эмиль Сокольский

Застольные ситуации

И ещё фрагмент из исследования Ирина Манкевич «Чехов и окрестности», касающийся не только застолья, но и болезни и смерти Чехова.
«"В некотором смысле биография Чехова – это история его болезни. Туберкулёз определил течение его жизни, и он же её и оборвал" (цитата из Д. Рейфилда "Жизнь Антона Чехова"). Туберкулёз определил и линию застольной жизни Чехова. С одной стороны, отсутствие полноценного питания с самых ранних лет, семейная предрасположенность к туберкулёзу и небрежение родителей Антона Павловича к симптомам его раннего "катара кишок", не считавшегося в те времена болезнью, вынуждали Чехова в своей душе и теле эпикурейское отношение к жизни. С другой стороны – литературная слава, сделавшая Чехова одновременно и принцем и нищим, зависимым от семейных обстоятельств, издателей, просителей, почитателей и любящих женщин не давала ему возможность, дыша полной грудью, вести столь вожделенный им праздный образ жизни. Вместе с каплями рабской крови Чехов в буквальном смысле слова утрачивал и свою, живую кровь, а вместе с ней и желание вкушать радости бытия – здоровый стол и любовь к женщине
Письма Чехова и воспоминания о нём современников свидетельствуют о том, что отношение Чехова к еде как таковой во многом, если не всецело, определялось течением его болезни. А меню чеховских завтраков, обедов и ужинов зависело не столько от его личного выбора, сколько от тех застольных ситуаций. в которых он вольно или невольно оказывался».


Эмиль Сокольский

Памяти хирурга Ваниева (2)

В апреле 2018 года ушёл из жизни Игорь Иванович Ваниев.
Рассказать о нём верно, интересно для не знавших его людей совсем не просто. Он был известен как прекрасный хирург и опытный преподаватель Ростовского-на-Дону медицинского института в кругу коллег и пациентов. Впрочем, признание коллег, бывших студентов, огромного числа благодарных пациентов – убедительное подтверждение высоких профессиональных и человеческих качеств Игоря Ивановича Ваниева. Благодарная память о талантливом хирурге живёт во многих регионах России и за её рубежами. Мы столкнулись с неподдельной, искренней заинтересованностью в судьбе наставника среди его выпускников, спустя многие годы после получения диплома вспоминавших о нём с большой теплотой и участием. Значит, добрые семена посеял в их душах педагог Ваниев!В
Вторая публикация памяти Игоря Ивановича Ваниева.

Эмиль Сокольский

Памяти хирурга Ваниева (1)

«У одного так было и прошло» – вечный ответ на вечные вопросы встревоженных своей болезнью пациентов замечательного Человека и такого же Хирурга – Игоря Ивановича Ваниева. Отвечал, а потом делал всё возможное, чтобы, и правда, как можно скорее болезнь отступила. Будь тот больной перед ним на операционном столе, попутчик в поезде или трамвае, сосед по лестничной клетке. Всем, всегда, в любое время дня и ночи, по первому зову готов был прийти на помощь Игорь Иванович. И не только телесные боли лечил словом и делом, но и душевные. Позитивная психология – есть такое направление в науке о душе.Вот это про него… «У одного так было и прошло» – живём дальше!..
Первая из двух публикаций памяти Игоря Ивановича Ваниева.
http://www.donvrem.dspl.ru/Files/article/m13/0/art.aspx?art_id=1684

Эмиль Сокольский

Ростовское морское собрание

«Главные цели Ростовского-на-Дону морского собрания, официально оформленного 1 апреля 2001 года, – содействовать возрождению традиций русского флота, сплочению моряков, выполняющих служебный долг, воспитанию у молодых чувства патриотизма и национальной гордости».
Подробнее об этом собрании – в материале врача Сергея Пчельникова.
http://www.donvrem.dspl.ru/Files/article/m5/2/art.aspx?art_id=1671

Эмиль Сокольский

Матвей и его братья

В еженедельной газете Матвеево-Курганского района «Родник» (от 31 мая 2019 года) рассказывается о местном краеведе Николае Михайловиче Дядиченко. И вот фрагмент:
«В Матвеевом Кургане стоит памятник-камень атаману Матвею, основателю посёлка. По словам Николая Михайловича, Матвей никакого отношения к казачеству не имел. Это был обыкновенный бандит, который промышлял на дорогах. Его выловил Иловайский, и Матвея казнили. Их было три брата – Саур, Зуй и Матвей, которые держали всю округу в страхе.
По другой легенде, Екатерина Вторая, чтобы навести порядок, наняла отряд запорожских казаков во главе с Галадаем. Этот Галадай и выловил этих разбойников. Зуй похоронен на Донбассе. У города Зугресс (Так в тексте. – ЖЖ donvrem) есть скала, у которой, по легенде, и похоронен Зуй. Саур покоится на Саур-могиле. Матвей похоронен в Матвееве Кургане на возвышении, что возле бывшей райповской овощебазы. Посёлок, который был заложен в конце 18 века, в полукилометре от этого кургана, и назвали в честь легендарного Матвея».
Здесь всё прекрасно, особенно подробности. Хорошо хоть, что указано: «по легенде». А ведь гораздо интересней было бы узнать, что название «Саур», скорее всего, происходит от тюркского слова, означающего «степной холм с округлой вершиной»; отсюда родство «Матвея, Зуя и Саура» выглядит явной натяжкой. Помимо вполне реалистического сведения о «месте захоронения Матвея» есть и другой вариант: «на месте нынешней центральной районной больницы». Дай бог выздоровления пациентам!

Центральная аллея в Матвееве Кургане