Category: россия

Category was added automatically. Read all entries about "россия".

Эмиль Сокольский

Неутомимый Пётр Димитров

«Большая часть жизни нашей семьи тесно связана с Пролетарским районом Ростова-на-Дону, где в руководящих органах долгое время работал Пётр Агапович Димитров. Восстановить его богатую событиями и добрыми начинаниями биографию помогли архивные документы Центра документации новейшей истории Ростовской области и воспоминания моего отца – Владимира Ильича Глушко, ветерана флота, который на протяжении многих лет сотрудничал с Димитровым в районной ветеранской организации». Рассказывает архивный работник Ольга Валуйскова:
http://www.donvrem.dspl.ru/Files/article/m3/0/art.aspx?art_id=1749

Эмиль Сокольский

Ростов при белых

«Когда мы ехали по Донбассу, всё время смотрели, дымятся ли трубы, работают ли заводы и шахты. И каждая действовавшая труба нас очень радовала. Родителям я дал телеграмму о приезде. Но поезд шёл не точно по расписанию. Приехали не утром, а в середине дня. Отец сидел на балконе нашей квартиры и, увидев меня с Мануйловым на извозчике, сбежал быстро вниз со второго этажа как молодой. Мануйлов поехал на квартал дальше к своему родственнику, доктору Кондратовичу».
«Донской временник» публикует воспоминания профессора Александра Ладыженского:
http://www.donvrem.dspl.ru/Files/article/m3/0/art.aspx?art_id=1747

Эмиль Сокольский

О профессоре Ладыженском

«Жизнь и деятельность профессора Александра Михайловича Ладыженского тесно связана с Ростовом-на-Дону. Здесь он провёл детство и юность, в годы учёбы на юридическом факультете Московского университета приезжал к родителям на каникулы. После революции какое-то время жил на Украине, женившись на дочери историка Багалея, работал в Екатеринославе. В годы гражданской войны с женой и дочерью вернулся к родителям в Ростов. В 1931 году был арестован и выслан из города, а в 1950-е годы вернулся».
Из биографии А. М. Ладыженского, опубликованного в «Донском временнике»: это своего рода предисловие к публикации воспоминаний, которые мы дадим чуть позже.
http://www.donvrem.dspl.ru/Files/article/m3/0/art.aspx?art_id=1742

Эмиль Сокольский

Настоящее чеховского дома

В 1910 году этнограф и лингвист Владимир Тан-Богораз застал в родовом чеховском гнезде еврейскую общину: «Я посетил этот дом в унылый осенний вечер. Было темно и грязно. Везде попадались узкие кровати, старые неопрятные люди с седыми бородами, но комнаты остались без изменений. Тот же странный полуподвальный вход и рядом деревянное крылечко без перил, похожее на приставную лестницу»…
До 2010 года это был обычный жилой дом на улице Розы Люксембург (кварталом ниже улицы Чехова) , разделённый на квартиры. После того как было решено передать здание Таганрогскому музею-заповеднику, двое жителей согласились переехать в новые дома. С третьим – договориться не удалось. Более того: он стал строчить жалобы на музейных работников за «некачественное выполнение реставрации», которая, лишь только в местном бюджете появились на это деньги, началась два года назад (близился ведь чеховский юбилей). Как я понял, хозяин будет согласен расстаться со своей квартирой, если получит восемь миллионов компенсации (прежние владельцы получили из местного бюджета по пять).
Не зная деталей, я не могу вникнуть в проблему; но ситуация на сегодня такая: в бывшей гостиной Чеховых уже открылась выставка «Таганрог и Чеховы».


Эмиль Сокольский

В гостях у дяди Митрофана

С 1876-го по 1879 год – до отъезда в Москву –
Антон Чехов занимался репетиторством и продажей вещей. Появилась возможность отправлять деньги родителям, иногда посещать театр – и выписывать столичную литературно- художественную газету. Отправители по оплошности вместо «Павлович» записали «Падлович». Друг Пётр Сергеенко вспоминал: «Правда, юный подписчик всякий раз тщательно исправлял погрешность редакции. Но “Антон Падлович” всё-таки прижился. Так что многие и впоследствии употребляли в шутку этот эпитет, не зная его происхождения».
Светлыми моментами в этот период для Антона были посещения Митрофана Егоровича (дяди), дом и торговая лавка которого стояли по соседству; здесь он находил доброту и понимание.
Этот дом тоже сохранился; писать о нём особо и нечего. А вот настоящее и будущее дома Павла Егоровича Чехова – тема отдельного сюжета.


Эмиль Сокольский

Вопрос о глубине

В дополнение к предыдущему посту о таганрогском доме Чеховых на улице Елизаветинской (ныне Розы Люксембург). Когда на Павла Егоровича отца навалились долги и он понял, что расплатиться не будет никакой возможности, и забросил свои торговые дела; а дети какое-то время развлекались: например, ходили на море. Однажды Антон нырнул и лбом напоролся на острый камень: так и остался шрам на всю жизнь.
Неужели море настолько обмелело? Трудно представить место, откуда можно здесь нырнуть; даже с волнорезов центрального пляжа...




Эмиль Сокольский

Дом Павла Егоровича

Продолжение рассказа о Таганроге, о единственном доме, принадлежавшем Чеховым (о его судьбе – немного позже).
Итак, в 1874-м Павел Егорович Чехов обзавёлся домом на улице Елизаветинской. Мало того, что отныне не нужно было расходоваться на съёмное жилье: он решил держать квартирантов. Однако торговля из-за конкурентов-оптовиков шла всё хуже, а доход от жильцов погоды не делал. Выложив стены избыточным количество кирпичей (ибо оплата шла за каждую тысячу), хитрые подрядчики, по словам Михаила Чехова, оставили отцу «невозможный дом и непривычные долги». Расплатиться с обществом казённого кредита он не видел возможности.
Детям уже не имело смысла торговать в лавке Гостиного двора. В свободное летнее время они плавали, ловили рыбу, которую тут же, на берегу, и зажаривали; бродили в парке, где по осени ловили перелётных птиц для лавки представителя немецкой фирмы, закупавшей птиц для отделки дамских шляп. Деньги шли ребятам на сладости.
В 1875 году, по окончании гимназии, братья Александр и Николай уехали учиться в Москву, а в следующем году к ним сбежал из Таганрога и отец: погасив злосчастный вексель, поручитель предъявил должнику встречный иск в коммерческом суде.
Тут же решилась и судьба дома. Вексель оплатил один из жильцов – чиновник коммерческого суда Селиванов, – чем и обеспечил себе право хозяина. Евгения Яковлевна (мать), определив Ивана к тётке, с Михаилом и Марией уехала в Москву, Антон – остался в селивановском доме: новый хозяин предложил ему (уже как квартиросъёмщику) в качестве платы за проживание заниматься с племянником., Так было до отъезда Антона Чехова в Москву в августе 1879-го.


Эмиль Сокольский

На Чеховской улице

«Домик Чехова» в Таганроге – название символическое; Где находится истинное чеховское гнездо, обычным гостям Таганрога вряд ли известно.
Сперва немного лирики.
На улице Чехова (бывшая Полицейская) всё выразительно, интимно и немного устало; дремлют в тени старые особняки, словно не желая ворошить воспоминания.
Ограда опрятного двора, в глубине которого домик с зелёными ставнями, где родился Чехов… Официального вида дом инспектора классической гимназии Дьяконова («Человека в футляре»)… Слегка отяжелевший, осевший на углу – земского врача Шедеви (доктор Старцев из рассказа «Ионыч»)… Размашистый полукруг торговых рядов – и по-домашнему уютный сквер, перед которым восседает на постаменте добродушный Антон Павлович, словно приглашая последовать его примеру (в скверике всегда есть свободная скамья)…
Чеховская улица притягательна не только своим поэтично-провинциальным обликом, но как место рождения великого писателя. Впрочем, «домик-музей Чехова» несколько отвлекает, сбивает с толку. Да, там родился Чехов… Но ведь домик этот он не помнил, – что можно помнить в годовалом возрасте? И вовсе не Чеховым домик принадлежал. В 1874 году Павел Егорович купил собственный дом с флигелем, рядом с домом брата Митофана Егоровича. Построил – чтобы привести себя к полному разорению, подсказавшему лишь один путь спасения от долговой тюрьмы – бегство из города.
Антон Павлович Чехов прожил в этом доме своих пять сознательных лет.
Рассказ продолжу позже.




Collapse )