Category: транспорт

Category was added automatically. Read all entries about "транспорт".

Эмиль Сокольский

Где детская железная дорога?

20 октября 2018 года здесь, в нашем блоге, мы сделали такую запись, оговорив, что опасения были напрасными:
Печальную картину мы увидели в парке имени Николая Островского: убирают детскую железную дорогу! Имени Юрия Гагарина! Длиной около четырёх километров! Ту самую, которая возникла благодаря комсомольцам города ещё в довоенное время!
Её открыли в 1940 году, к годовщине революции. В дар детям железнодорожники передали паровоз, пять вагонов и мотовоз.
Но всё не так страшно. оказывается, дорогу с наступлением осени всего лишь закрыли на ремонт. Ждут своей реставрации
перроны, депо, деревянные шпалы заменят на железобетонные. Появится гидроколонка для заправки паровоза. Открыть обещают весной следующего года!
Оказывается, никакого ремонта никто и не собирался делать.
А вот в парке города Новомосковск Тульской области, что при истоке Дона, как действовала издавна, так и действует поныне детская железная дорога. Радость детишек не убывает.
А вот чем провинились наши дети, непонятно...



Эмиль Сокольский

Словно Африка

#Донсовсехсторон
Смотришь на карту Цимлянского моря – будто на какой-то уголок Африки: вокруг степи, пески, и почти нет селений! За Цимлянском уже идут дикие берега: либо обрывы упираются в воду (и тогда непросто, а то и невозможно пройти среди глыб камней), либо образуется редкий бережок.
Как добраться до станицы Хорóшевской, что в шестнадцати километрах от Цимлянска? (Там раньше находилась Чекалова гора, и сюда перед затоплением территории перенесли хутор Хорошев, выросший в станицу).
В Цимлянске теперь две автостанции: старая, междугородная, и «местная» –она находится ближе ко въезду в город. Зачем построили последнюю? Наверное, чтобы люди, живущие в той части города, не тащились в старую (здесь ведь нет городских автобусов). А в старой есть остановка, только вот о времени прихода автобусов, что следуют в станицы и хутора, знают только местные.
Но есть и другой вариант. Близ остановки обычно стоят две-три легковушки.
И вот решил я поехать в Хорошевскую. Увидел три машины; но когда я подошёл, две отъехали, а другая только-только стронулась с места. «Как до Хорошевки добираются?» – спросил я водителя. «Автобус будет только днём. Хочешь, довезу за 250 рублей». – «Согласен!»
За посёлком Саркел (девять километров от Цимлянска) открытая степям дорога превратилась в коридор с плотными стенами ясеней и акаций – пока внезапно не вырвалась в те же неизменные степи; и уже издалека показался одинокий остов бывшей паровой мельницы купца Парамонова.
Станица, ничем не примечательная, кроме двухэтажной кирпичной школы, которая раньше была домом купца Воронина, и складов спиртоводочного завода (того же времени), пряталась ниже, бесшумная и почти безлюдная.
В центре, у магазина и автобусной остановки – скромный Сквер Победы. Не стоял бы памятный камень – и не догадаешься.
На камне – слова: сквер «заложен в честь 75-летия Великой Победы над фашизмом жителями ст. Хорошевской представителем ВДАЭР филиала АО “Атомэнергоремонт”».
Грунтовой дорожкой я миновал проулок и вышел на бугор с травой, иссушённой августовским солнцем. За ним в полном покое расстилалась морская синева.
Бывают спуски разной степени крутизны, но такой!.. Нечто похожее на тропинку утекает почти вертикально: по ней можно только сползать, напрасно цепляясь за травы. Ближе к подножью тропинка, словно осознав свою тщетность, обрывается; нужно спрыгнуть – и нащупать под кустами продолжение этой же тропинки.
И вот песчано-каменистый берег со скальными глыбами; некоторые забрели в воду. На одной скале – задумчивая чайка – улетать или не улетать? В воду упирается огромный каменный лоб, его облизывают тёплые волны; подо лбом – отполированные водой мелкие ванночки, приглашая в них понежиться.
Отсюда, с берега, обнаруживается более удобный подъём на обрыв: нашёл выбитые в глине ступеньки; правда, взбираться приходится, опять же хватаясь за травы и за землю. Конечно, романтичней было бы – по деревянной, кустарного производства лесенке, сброшенной сверху; но она зависает над берегом метрах в пяти. Видимо, это придумал какой-то остроумец.
На станичных улицах – тишина; лишь у автобусной остановки – лёгкое оживление. Автобус отправился минута в минуту – согласно расписанию.
Больше фотографий – см. http://www.dspl.ru/blog/don-so-vsekh-storon/puteshestviya-po-rodnomu-krayu/stanitsa-v-goloy-stepi/

Эмиль Сокольский

Разговорчивые объявления

Откуда у нас такая канцелярщина? Зачем столько лишних слов?
Ведь всё это можно выразить одной строкой: «Лицам до 18 лет спиртные напитки не отпускаются», «Розничная торговля в пригородных поездах запрещена».
Как разговорчивы бывают авторы объявлений в нашем Ростове!



Эмиль Сокольский

Забытое кафе

На вокзале «Сулин» обычно тишина. А ведь в советские времена такое здание построили! Но было ли здесь когда-нибудь оживлённо? Видимо да, если даже нашёлся бизнесмен, который устроил у платформы кафе, да ещё даже и позволил себе развернуться со строительством!
Неужели не просчитал ситуацию? Вокзал-то, можно сказать, на окраине города; а центр – это остановочная площадка пригородных поездов «Красный Сулин», что километрах в двух отсюда… Посетителей не дождёшься.



Collapse )
Эмиль Сокольский

С птичьего полёта

Из окна вагона предместьями Красного Сулина можно залюбоваться: они разбросаны по склонам высокой гряды, что тянется по обе стороны железной дороги. Домики погружены в густую зелень, и думаешь: как там, должно быть, уютно живётся! На самом же деле тот заманчивый мир, стоит в него войти, устроен довольно прозаично. Похожие кирпичные дома, чётко распланированные улицы, всё, как везде, и не открываются романтические панорамы, пейзаж смазывается... За примерами и ходить далеко не надо: с полотна не видно даже и самого Красного Сулина, хотя этот городок с двухсотлетней историей лежит в яме-низине и вполне мог бы быть доступен обзору. Не сказать, что город погружён в деревья, а вот не видно его, и всё тут! Мистика какая-то. Зато с Рябой горы, за речкой Гнилушей – с птичьего полёта можно долго наблюдать его размах: уложенный, в общем, на небольшом пространстве центр и – видимо-невидимо одноэтажных кварталов, теряющихся на горизонте за холмом...
«Душа хотела б быть звездой…» – написал однажды Тютчев. А здесь – душа становится птицей.
Прогулка по Красному Сулину – продолжится.

Эмиль Сокольский

Железнодорожный уголок

В посёлке Каменоломни есть достопримечательность, которая сразу встречает того, кто выходит на железнодорожной станции. Это своеобразная выставка железнодорожной техники.
Когда-то здесь находился хутор Максимовка, где жили железнодорожники, шахтёры и строители, стояли паровозное депо и водокачка, работали торговые лавки и трактир. Позже рядом возник хутор Новогрушевский; объединившись, поселение получило название Каменоломни.
Так что идея создания скромного «железнодорожного музея» – очень пришлась кстати!


Collapse )
Эмиль Сокольский

А остановка — есть!

Электронный ресурс «Ростовский городской транспорт» в марте сообщал, что появятся автобусные остановки на улице Нансена (она идёт параллельно железной дороге на Воронеж).  «Остановочные пункты планируется организовать на участке между проспектом Михаила Нагибина и улицей Стадионной. Кроме того, уже сейчас автобусы № 50 имеют остановки на площади Страны Советов (ул. Нансена, 437б), у переулка Молдавского (ул. Нансена, 309), а также у переулка Автобусного (ул. Нансена, 205/2), К сожалению, ни в реестре муниципальных маршрутов регулярных перевозок, ни в городской системе онлайн-мониторинга транспорта "уже имеющихся остановок" не значится».
И всё-таки они есть; по крайней мере, одна из них точно: близ площади Страна Советов. И подход, и подъезд к ней устроен! И пешеходный переход обозначен! Вот доказательство:

Эмиль Сокольский

Из воспоминаний Лемонта Харриса

На сайте «Лефт.ру» я обнаружил отрывки  из воспоминаний Лемонта Харриса  «Мой рассказ о двух мирах»,    специалиста из США, работавшего в 1929 году в Целине: он помогал нам в ремонте завезённой из Америки техники. По-моему, это очень интересно! Я скопировал три отрывка; вот один из них.

 «Мы прибыли в Ростов около полуночи, шёл проливной дождь. Один из моих попутчиков нёс на плече мой короб с инструментами, он довёл меня до ближайшего отделения милиции и сказал там, что мне нужна гостиница.
На следующий день, думая, что Харольд Уэйр или его переводчик, Харри Минстер из Коннектикута могут находиться в Ростове, я начал наводить справки о них в
главном отделений милиции. Меня привели в большой архив, и оба имени нашли в
файлах. Они показали мне, в какой гостинице американцы обычно останавливались, но заверили, что в тот день их в Ростове не было. Файлы на иностранцев были весьма полные по информации. Позднее, когда я жил в Ростове, кто-то прислал мне из Америки письмо, адресованное так: “Лемент Харрис, Москва СССР” - и письмo дошло до меня по моему ростовскому адресу!
Вечером я поездом поехал в находящуюся неподалёку казацкую станицу Егорлыцкую, где находилась штаб-квартира фермы Уэйра. Поезд приехал туда к полуночи, по-прeжнему шёл дождь. Попутчик точно так же помог мне донести вещи и узнать, кудa мне надо направляться. Меня привезли в дом крестьянина, который предназначaлся для новоприбывших работников, ещё не нашедших места для постоя.
На следующее утро я отправился осматривать ферму. Неподалеку от вокзала было
много сельскохозяйственной техники на различной стадии сборки, многоe – ещё в
американских контейнерах. Я не увидел полей с растущим урожаем, но неподалёку
от вокзала возвышался новенький элеватор с красным флагом наверху.
Во времянке, где разместились кузня, столярная мастерская и оборудование, я
нашел МакДауэлла, американца из одного из западных штатов, занимавшегося ремонтом и строительством. Он принял советское гражданство, женившись на русской женщинe из Ростова.
Мак приветствовал меня и спросил, чем. я собираюсь заняться.
"Я приехал сюдa, чтобы работать."
"Замечательно. Ты знаешь, что рабочий день начинается у нас около пяти утра?"
"Это меня не пугает, я привык начинать работу в такое время на ферме в Пенсильвaнии"»

Эмиль Сокольский

Утраченный домик

В Цимлянске давно уж построили новую автостанцию – она находится сравнительно недалеко от въезда в город, но довольно далеко от центра Цимлянска – что нового, что старого; с этой автостанции уходят автобусы пригородных направлений. Однако не так всё страшно: не обязательно туда добираться, чтобы ехать в станицы и хутора: местные автобусы подбирают пассажиров и в центре города. Например, есть остановка близ «старой» автостанции (она принимает ростовские и шахтинские автобусы), – то есть там, где также и конечная остановка маршруток «Цимлянск – Волгодонск».
В память о том, что когда-то отсюда отправлялись автобусы в близлежащие хутора и станицы, оставалось строение, которое в течение десятилетий занимала диспетчерская; здесь же, в окошке, продавали билеты. Трудно было предсказать его судьбу: разрушат? приспособят для новых нужд?
Всё-таки домик разрушили. теперь оно живёт лишь в памяти горожан и вот на этой фотографии.

Эмиль Сокольский

Первый вариант

Электричка «Ростов –  Таганрог». У мамы – грубоватая фигура, речь деревенски-простоватая. Дочке года три, она всё ёрзает и ёрзает по сидению, не переставая что-то громко лопочет. Желая её отвлечь и угомонить, мама вдруг спрашивает, подняв палец:
– Слышишь, как рельсы поют?
Я бы и не догадался так сказать в простом разговоре!
Девочка прислушалась. А мама – видимо, подумав, что вопрос получился слишком поэтичным, – настойчиво повторила, чуть переиначив фразу:
– Слышишь, как рельсы гудят?
Но ребёнка прозаический вариант не устроил:
– Поют! Поют! – капризно воспротивилась девочка.
Получается, что это в природе человека: улавливать красоту в обыденном, потребность выражаться образно, «говорить красиво», – пусть и в редких, особенных случаях.
Минута спокойствия была выиграна.